Книга объясняет причины, по которым одни страны на протяжении веков остаются бедными, с низким уровнем развития и внутренними конфликтами, тогда как другие демонстрируют устойчивый прогресс. В одних регионах наблюдаются гиперинфляция, революции, перевороты, голод и эпидемии, а в других — стремительное развитие технологий, рост инвестиций и инноваций.
Уровень развития государства тесно связан с характером общественных институтов, в частности с их инклюзивностью, то есть с равным и свободным доступом различных социальных групп к общественным ресурсам и благам. Многие исследователи выдвигают в качестве причин бедности географическое положение, культурные и религиозные особенности, а также некомпетентность правителей. Однако авторы отвергают эти объяснения и предлагают комплексную концепцию, основанную на институтах.
В качестве примера рассмотрена разница в уровне благосостояния между США и странами Латинской Америки, прослеженная через призму колониальной истории. В XVI веке Испания, обладая значительной военной мощью, быстро установила доминирование в Южной Америке, обложив коренное население высокими налогами и эксплуатируя его труд в интересах метрополии. Англия начала колонизацию Северной Америки позже, когда лучшие земли уже были заняты, и из-за отсутствия ресурсов для военных действий с местными племенами формировала систему, напоминавшую европейское феодальное устройство. Земля распределялась между влиятельными поселенцами, которые имели стимулы развивать свои владения и платить налоги, сохраняя при этом излишки.
В XIX веке, после обретения независимости, эти колонии сохранили многие социально-политические структуры. Латиноамериканские государства остались ориентированы на эксплуатацию населения и обогащение узкой элиты, тогда как в США сформировалась зачаточная демократия. Это повлияло и на экономические институты. В США сильная патентная система и конкурентный банковский сектор способствовали инновациям и экономическому росту. В Мексике же банковская система была ограничена и неконкурентна, что поддерживало высокие кредитные ставки и препятствовало развитию частного бизнеса.
Распространённые теории, объясняющие бедность, подвергаются критике. Географическая теория, связывающая бедность с расположением в тропиках и распространением болезней, опровергается историческими примерами: эпидемии и низкая продолжительность жизни в средневековой Европе, тем не менее, были преодолены, в то время как в некоторых странах Африки и Азии проблемы сохраняются. Низкая продуктивность и использование земли объясняются скорее отсутствием экономических стимулов, а не географическими факторами.
Культурные объяснения, утверждающие о меньшей трудолюбивости или дисциплинированности некоторых народов, заменяют причину следствием. История колонизации и отсутствие стимулов создавали условия, при которых население менее активно в предпринимательстве. Религиозные различия также не объясняют экономические расхождения, поскольку страны с одинаковой религией демонстрируют значительные различия в развитии.
Теория некомпетентности правителей также не выдерживает критики, поскольку в разных странах можно найти способных руководителей, действующих в интересах общества. Экономический рост Китая, например, был связан с реформами, позволившими частное предпринимательство, а не с внезапным улучшением управленческих навыков.
Основным фактором благосостояния является развитие общественных институтов, включающих политические и экономические системы. Эти институты могут иметь инклюзивный характер, обеспечивающий равные возможности и участие широких слоев общества, или экстрактивный, направленный на концентрацию власти и ресурсов в руках узкой элиты. Именно тип институциональной организации определяет путь развития и уровень процветания страны.
