Жорж Дантон и его соратник Эро-Сешель, депутаты Национального конвента, играют в карты вместе с дамами, среди которых находится жена Дантона, Жюли. Дантон в апатичном настроении рассуждает о сложностях взаимопонимания между мужчинами и женщинами, их обаянии и коварстве. На слова поддержки Жюли он с меланхолией признаётся в любви к ней, сравнивая свои чувства с любовью к могиле, в которой можно обрести покой. Эро тем временем флиртует с одной из дам.
Позже к ним присоединяются другие депутаты Конвента, в том числе Камилл Демулен, который начинает разговор о «гильотинной романтике», отмечая, что революция на втором году своего существования требует постоянных жертв. Эро высказывает мнение о необходимости завершить революцию и начать строй республики, подчёркивая право каждого наслаждаться жизнью, не обижая других. Камилл убеждён, что власть должна быть открытой и прозрачной для народа, сравнивая её с «прозрачным хитоном». Он обращается к Данту с призывом использовать его ораторский талант для защиты истинной свободы и прав человека на заседании Конвента. Дантон не отказывается, но проявляет явное безразличие, отмечая, что до этого ещё нужно дожить, и уходит, демонстрируя усталость от политики.
В зале заседаний раздаётся буря аплодисментов, и заседание переносят. Судьи не заинтересованы в том, чтобы вспоминать, что именно Дантон в своё время объявил войну монархии и способствовал вооружению народа, используя богатства аристократов и богачей. Дантон обращается к народу с требованием создать комиссию для расследования виновных в том, что свобода движется по трупам. Заключённых насильно выводят из зала.
На площади перед Дворцом правосудия собирается шумная толпа, в которой звучат разноречивые крики: одни поддерживают Дантона, другие — Робеспьера.
В последние часы перед казнью Камилл тоскует по жене Люсиль, которая стоит у окна камеры и поёт. Он боится смерти и страдает из-за того, что жена теряет рассудок. Дантон сохраняет иронию и насмешливость, отмечая горькую правду о том, что они — лишь «поросята», которых забивают ради удовольствия царских пиров.
В это время, когда осуждённых выводят из камеры, Жюли в их доме принимает яд. Осуждённых, поющих «Марсельезу», везут в повозках на площадь Революции к гильотине. Из толпы доносятся издевательские выкрики женщин с голодными детьми. Осуждённые прощаются друг с другом, палачи разлучают их, и всё заканчивается.
У гильотины появляется Люсиль, поющая песенку о смерти и ищущая встречу с мужем. Подходящий патруль арестовывает её после того, как она неожиданно восклицает: «Да здравствует король!» под возглас «Именем Республики».
