Екатерина Романовна Дашкова родилась в 1743 году (по факту 17 марта 1744 года) в Санкт-Петербурге, её крестным отцом был будущий император Пётр III. В двухлетнем возрасте она лишилась матери и до четырёх лет воспитывалась у бабушки. Она принадлежала к древнему роду Воронцовых. В семье уделяли большое внимание её образованию: она овладела четырьмя языками — французским, итальянским, немецким и одним из древних, занималась танцами и рисованием. Однако владение русским языком было у неё недостаточным, и позднее она прилагала значительные усилия для его совершенствования. С юности её интересовали произведения французских просветителей, таких как Бейль, Монтескьё, Вольтер, Буало и Гельвеций.
В пятнадцать лет она вышла замуж за камер-юнкера Михаила Ивановича Дашкова, брак был заключён при содействии императрицы Елизаветы. В браке у неё родились дочь и сын. После встречи с будущей императрицей Екатериной Великой между ними завязалось продолжительное близкое знакомство. Дашкова активно участвовала в придворных делах и описывала неспособность Петра III управлять великой империей, его пренебрежительное отношение ко всему русскому и самодурство, что в итоге привело к его свержению. Находясь рядом с Екатериной, она оказывала ей моральную поддержку. Переворот 1762 года, по её свидетельству, был встречен одобрением большинства придворных и гвардейских солдат. В письме Екатерина сообщала о согласии Петра III отказаться от трона в обмен на определённые жизненные удобства.
После коронации Екатерины II Дашковой было пожаловано 24 тысячи рублей, которые она направила на погашение долгов мужа, занимавшего тогда пост посла в Константинополе. Кроме того, ей была присвоена должность статс-дамы, а муж получил чин камер-юнкера. Придворная жизнь сопровождалась интригами: фаворит императрицы Григорий Орлов, зная о критическом отношении Дашковой к себе, настроил против неё Екатерину, что привело к временному охлаждению их отношений. В это время, когда Дашковой было около двадцати лет, её муж скончался в Польше, и она осталась одна с больными детьми и долгами. В течение пяти лет она расплатилась с кредиторами, сумев сохранить имения детей от распродажи, и получила разрешение Екатерины II на поездку за границу для улучшения здоровья детей. Сумма в пять тысяч рублей, выделенная ей на эти цели, показалась ей незначительной. Во время путешествия по Европе она посетила Ригу, Кенигсберг, Берлин, Пруссию, Нидерланды, Англию, Брюссель, Антверпен и Париж, где встречалась с Дидро и Вольтером, осматривала картинные галереи, парки и посещала придворные собрания различных европейских монарших фамилий.
Вернувшись в Петербург после двух лет путешествий, Дашкова обнаружила, что Орлов утратил влияние, и императрица приняла её благосклонно, выделив 60 тысяч рублей на приобретение земли и дома, что удивило Дашкову после длительного периода охлаждения отношений. Она сосредоточилась на домашних делах и выдала дочь замуж за бригадира Щербинина. Для продолжения образования сына, несмотря на недовольство императрицы, Дашкова вновь получила разрешение на заграничную поездку. Путешествуя из Гродно в Вильно, затем в Варшаву и Берлин, она остановилась в городе Спа, где жила вместе с семьёй англичанки Гамильтон. Стремясь обеспечить сыну обучение в университете, она переехала в Эдинбург. По её мнению, сын, владеющий латынью, математикой, историей, географией, французским и английским языками, был подготовлен для учёбы в знаменитом Дублинском университете. Несмотря на страдания от ревматизма и болей в желудке, Дашкова знакомилась с видными представителями английского общества, профессорами и парламентариями. Её усилия увенчались успехом: сын успешно сдал экзамены и продолжил обучение до летних каникул.
Дашкова вместе с сыном отправилась в Париж, где он занимался с учеником Д’Аламбера, а она вела светскую жизнь. Позже путешествие продолжилось по Европе: в Швейцарии она встречалась с известными личностями, в Турине была принята королевской семьёй, осматривала укрепления в Сардинии, посещала апельсиновые и лимонные рощи в Генуе, а во Флоренции знакомилась с мировыми шедеврами живописи. Заботясь о военной карьере сына, Дашкова обратилась к императрице с просьбой о повышении его воинского звания, так как ему был присвоен лишь низкий чин.
В Риме она завела полезные знакомства, беседовала с папой в соборе Святого Петра, в Неаполе встречалась с поэтами и художниками, в Венеции каталась на гондоле и осматривала достопримечательности. В Вене Дашкова была принята императором Иосифом, который назвал её «лицом историческим». В беседе с канцлером Кауницем она критиковала реформы Петра Великого, считая более предпочтительным эволюционное развитие России. Затем посетила Прагу, Дрезден и Берлин, где участвовала в военных смотрах и парадах. Фридрих Великий, в нарушение обычая, сошёл с коня, чтобы поговорить с Дашковой. Длительное путешествие завершилось возвращением в Петербург.
После возвращения Дашкова направила князю Потёмкину прошение о присвоении сыну воинского звания и представлении детей императрице. Получив разрешение, дети были представлены Екатерине II, которая выразила удовольствие по поводу возвращения Дашковой, пригласила её семью на обед и повысила сына до штабс-капитана Семёновского полка. Дашкова получила в подарок местечко Крутое с 2500 крестьянами. Несмотря на постоянную поддержку императрицы, она характеризовала своё материальное положение как «ниже среднего».
После того, как Дашкова добилась назначения племянницы фрейлиной, императрица предложила ей должность директора Академии наук. После недолгих колебаний и консультаций с Потёмкиным, объяснившим, что императрица желает удержать её при дворе, Дашкова согласилась. Опираясь на поддержку Екатерины II, она активно взялась за дела Академии, которая находилась в упадке при прежнем директоре Домашневе. Вскоре возобновился выпуск «Комментариев», первые два тома которых содержали труды Эйлера. Благодаря реорганизации удалось погасить долги перед русскими, парижскими и голландскими книготорговцами, увеличить число гимназистов до пятидесяти и обучающихся ремеслам до сорока, повысить жалованье профессорам и ввести курсы математики, геометрии и естественной истории, читаемые русскими преподавателями на русском языке.
Придворные интриги продолжались: новый фаворит Ланской был враждебен Дашковой, а генерал-прокурор Вяземский негативно относился к её деятельности. Тем не менее нагрузка увеличивалась: по предложению Дашковой Екатерина II утвердила её президентом новой Академии русского языка, одной из задач которой стал перевод древних авторов. Финансовое положение Академии улучшалось, была завершена работа над словарём русского языка с участием всех членов учреждения.
Во время войны со Швецией Дашкова получила послание от герцога Зюдерманландского, брата шведского короля, включая сообщение от Бенджамина Франклина о её принятии в Филадельфийское философское общество, однако императрица запретила продолжать переписку. В это же время сын Дашковой женился без её согласия на дочери купца Алферовой, что вызвало у неё негодование и ухудшение здоровья. Она заболела нервной лихорадкой и прекратила работу. Зимой здоровье постепенно улучшилось, и она возобновила прежний распорядок: посещала дворец, собирала материалы к словарю и занималась финансированием Академии. Между ней и императрицей возникали разногласия, например, из-за разрешения на публикацию пьесы Княжнина «Вадим Новгородский», вызвавшей гнев Екатерины II.
Домашние дела также требовали внимания, финансовое положение дочери было сложным, и Дашкова прилагала значительные усилия для его урегулирования. В связи с этим она вновь обратилась к императрице с просьбой о двухлетнем отпуске и освобождении от руководства обеими Академиями. Интриги нового фаворита Зубова стали причиной холодности императрицы при расставании с Дашковой. В своём имении Троицкое она занялась хозяйственной реорганизацией. Там же Дашкова получила известие о смерти Екатерины II.
Император Павел I уволил её из обеих Академий и предписал жить в деревне, а затем отправил в имение сына на севере Новгородской губернии, установив за ней негласное наблюдение. Из-за ухудшения здоровья Дашкова направила письмо императору с просьбой о смене места проживания, что, благодаря близким отношениям сына с Павлом I и благоприятным обстоятельствам, было удовлетворено. Вернувшись в Троицкое, она возобновила работы по садоводству, земледелию и строительству. В своих записках она сравнивала царствования Екатерины II и Павла I, предсказывая падение последнего. По просьбе молодого императора Александра Дашкова вернулась ко двору, на что ответила благодарственным письмом. При дворе она отмечала тенденцию преуменьшения заслуг Екатерины II и возвеличивания деятельности Петра I, что вызывало у неё протест.
В завершение «Записок» Дашкова поручила распоряжение своими мемуарами г-же Вильмот, кузине своей подруги мисс Г. Гамильтон.
