Альваро Мендиола, испанский журналист и кинорежиссёр, проживающий во Франции в добровольном изгнании после тяжёлого сердечного приступа, сопровождаемого врачебным предписанием покоя, вместе с женой Долорес возвращается в Испанию. На фоне родового дома, когда-то принадлежавшего многочисленной семье, от которой остался лишь он один, он воссоздаёт в памяти свою жизнь, историю рода и страны. В его сознании прошлое и настоящее переплетаются, формируя сложную картину, где постепенно проявляются черты семейной судьбы, неразрывно связанной с историей Испании.
Ранее семья Мендиола владела обширными плантациями на Кубе, сахарным заводом и многочисленными рабами, что являлось основой их благосостояния. Прадед Альваро, бедный астурийский идальго, отправился в Америку в поисках богатства и достиг успеха. Однако последующие поколения унаследовали состояние, но не предприимчивость и трудолюбие предка. Завод пришлось продать, а после утраты Испанией колоний в 1898 году семья начала распадаться. Дед героя обосновался в пригороде Барселоны, приобрёл большой дом и жил на широкую ногу, владея также имением под Барселоной и родовым домом в Йесте. Рассматривая семейный фотоальбом, Альваро вспоминает умерших родственников: один погиб в гражданскую войну, другой покончил с собой у Женевского озера, другие умерли своей смертью.
Листая альбом, Альваро вспоминает детство и набожную гувернантку сеньориту Лурдес, читавшую ему книгу о младенцах-мучениках. После победы Народного фронта, когда в Испании сжигали церкви, гувернантка пыталась вместе с ним войти в горящую церковь, чтобы пострадать за веру, но была остановлена милисианос. В доме относились враждебно к новой власти, отец уехал в Йесту, откуда вскоре пришло известие о его расстреле милицианос. Семья бежала в южный курортный городок во Франции, ожидая победы франкистов и внимательно следя за новостями с фронтов.
Взрослея, Альваро отдалился от близких, сохранивших лояльность к прежнему порядку, и симпатизировал республиканцам. Размышления о событиях 1936–1939 годов и их влиянии на Испанию середины шестидесятых, когда он возвращается на родину, проходят красной нитью через повествование. Он покинул страну после того, как его документальный фильм, раскрывавший не туризм, а голод и нищету, был встречен в штыки, что сделало его изгоем среди соотечественников и заставило остаться во Франции.
Оглядываясь на детство и близких, Альваро оценивает их с позиции современных взглядов. Его тёплое отношение сочетается с осознанием, что они были историческим анахронизмом, не замечавшим перемен вокруг и за что были наказаны судьбой. Он отправляется в Йесту, чтобы увидеть место гибели отца, которого почти не помнит, что причиняет ему страдание. Стоя у креста на месте расстрела и смотря на неизменившийся пейзаж, он пытается представить чувства отца. Расстрел был актом мести после жестокого подавления крестьянского восстания властями. Один из немногих очевидцев рассказывает Альваро о бесчинствах тех лет. Герой приходит к выводу, что в войне не было правых или виноватых, победителей или побеждённых, а лишь проигравшая Испания.
Проведя в воспоминаниях месяц в Испании, Альваро осознаёт, что годы, прожитые во Франции в свободе, оказались пустыми, так как он не приобрёл ответственности, которую приняли многие оставшиеся в стране друзья. Это чувство ответственности связано с тяжёлыми испытаниями, например, судьбой Антонио, друга и соавтора фильма, который был арестован, провёл в тюрьме восемнадцать месяцев и затем выслан под наблюдение полиции, которая вела подробный дневник его действий, цитируемый в книге. В это время сам Альваро пытался адаптироваться к жизни в Париже, участвуя в собраниях республиканской эмиграции и мероприятиях левой французской интеллигенции, для которой он стал объектом благотворительности после скандала с фильмом. Он вспоминает встречу с Долорес, начало их отношений, поездку на Кубу и участие в антифранкистском студенческом движении.
Все усилия Альваро связать прошлое и настоящее направлены на восстановление чувства принадлежности к родине. Он болезненно воспринимает перемены в стране, поверхностное процветание, созданное ради туристов, и легкость, с которой народ принял эту ситуацию. В конце пребывания он поднимается на гору Монжуик в Барселоне, где был расстрелян президент Женералитата Луис Компанис. Недалеко от места казни он замечает туристов, которым гид рассказывает, что здесь в годы гражданской войны красные расстреливали священников и офицеров, и поэтому установлен памятник павшим. Альваро не обращает внимания на официальную версию трагедии, к которой давно привык. Его поражает, что туристы фотографируются, не понимая, о какой войне идёт речь. Смотря с высоты на Барселону, он размышляет о том, что победа режима не означает окончательной победы, что жизнь народа продолжается, и он должен попытаться правдиво зафиксировать увиденное. Это становится внутренним итогом его возвращения на родину.
